Дамир Амангельдин — казахстанский актер, известный по роли в сериале и фильме «Черный двор». В интервью он рассказал о своем пути в профессии, первых ролях и опыте работы в кино, подходе к актерскому ремеслу, о том, как меняется восприятие индустрии по мере накопления опыта, а также о будущих проектах, в которых мы его скоро увидим.
Дамир Амангельдин, 24 года, город — Астана, актер, @damir_amangeldin
О старте
Я посвящаю себя исключительно творчеству, погружаю себя в эмоции и переживания, которые становятся основой для новых ролей. Каждое переживание — это шаг к пониманию чувств, которые мне предстоит передать на экране. За последние три года я отработал в восьми значительных проектах, где исполнял главные роли под руководством талантливых режиссеров и авторов.
Актерство перестало быть просто хобби в тот момент, когда начало приносить первые деньги. Поддержка со стороны близких была и до этого, но важно было увидеть, что любимое дело дает реальные результаты. Главная мотивация — делать счастливыми своих родных, обеспечивать им комфорт и радость. Их улыбки и чувство гордости стали тем, что дает силы двигаться дальше и стремиться к новым вершинам.
Первым настоящим толчком в карьере стало ощущение, которое пришло во время премьеры «Черного двора». Это был сильный эмоциональный подъем, почти физически ощутимый — тот самый момент, когда приходит понимание, что ты на своем месте.
Сомнения на пути были. Без них не обойтись. Но со временем пришло решение не зацикливаться на них и двигаться вперед, следуя выбранному направлению. Актерское ремесло сопровождает всю жизнь, и представить себя в другой роли уже невозможно.
О реальности индустрии
В индустрии сегодня переоценена коммерческая составляющая. Кино все чаще превращается в продукт, а не в искусство: акцент смещается с креативности на прибыль. Это постепенно обнажает внутреннюю пустоту индустрии. Кино остается важной частью массовой культуры, но во многом теряет свою глубину и душу.
Со стороны часто недооценивают сам процесс работы. Зритель видит конечный результат — успешный проект или хорошее кино, но за этим стоят часы подготовки, усилия и напряжение целой команды. Каждый проект — это слаженная работа многих людей, однако внимание чаще сосредоточено на внешнем блеске, что особенно заметно по комментариям.
Талант без системности сегодня практически не работает. Одной одаренности недостаточно. Важно уметь организовывать свое время, ставить цели и последовательно двигаться к ним. Многие талантливые люди остаются в тени именно потому, что не выстраивают систему работы над собой и своим развитием. В этом смысле талант без системности — это действительно корабль без руля. В кино многое зависит от ожидания, обстоятельств и других людей. Приходится учиться терпению и принимать зависимость от процессов, на которые не всегда можно повлиять.
О поколении
Наше поколение в работе стремится выходить за рамки привычного. Есть готовность нарушать шаблоны и браться за сложные, неоднозначные роли, даже если они вызывают дискомфорт у зрителя. В основе — искренность и самовыражение, даже когда это идет вразрез с ожиданиями.
В индустрии до сих пор сильна конкуренция. Это нередко делает среду токсичной, где амбиции начинают затмевать талант.
Я бы хотел видеть больше пространства для разнообразия и экспериментов. Киноиндустрия слишком часто зацикливается на проверенных формулах, игнорируя уникальные голоса и истории. Кроме того, необходимо меньше манипуляций с образами и больше реального, настоящего в призводстве.
В ближайшее время можно ожидать меня в нескольких независимых проектах, которые обещают быть глубокими. Один из них психологическая драма «Кіндік» Дархана Тулегенова от Salem Entertainment. Я верю в эту историю, и надеюсь, что она сможет привлечь внимание к важным темам и выведет на экран что-то действительно новое.
Мои инсайты
Вирусность или качество — качество, но вирусность часто затмевает, к сожалению.
Алгоритмы или талант — талант, но алгоритмы диктуют правила игры.
Самый честный урок индустрии — искусство требует жертв, и часто его не ценят.
Наше поколение — стремящееся к переменам, отказывающееся от поверхностного ради настоящего.
